Австралийские учёные защитили мышей от малярии на срок до двух лет новым методом прививки
Исследователи из Мельбурна показали на мышах, что укус комара можно превратить из угрозы в средство защиты. Их метод заранее готовит иммунную систему к встрече с малярийным паразитом, а каждый следующий укус работает уже как повторная прививка. Работа вышла в журнале Science и пока остаётся доклинической — то есть до людей она ещё не дошла.
Защита в опытах держалась до двух лет. Для лабораторной мыши это почти целая жизнь. Чтобы понять, почему это важно, стоит вспомнить масштаб проблемы. От малярии каждый год умирает более шестисот тысяч человек, и основная часть этих смертей приходится на беременных женщин и детей младше пяти лет. По данным Всемирной организации здравоохранения, в Африке ребёнок умирает от малярии каждые две минуты. При этом паразит постепенно учится обходить существующие лекарства, и устойчивость к ним растёт год за годом. Получается гонка, в которой медицина пока бежит вровень, но не отрывается. Отсюда и запрос на принципиально другие стратегии — не лечить уже начавшуюся болезнь, а не давать инфекции закрепиться.
Новый подход строится на сочетании двух вещей. Первая — совсем небольшие дозы паразитов, которые доставляют сами комары при укусе. Вторая — экспериментальные противомалярийные соединения, созданные австралийскими исследователями вместе с крупной международной фармацевтической компанией.
Дальше нужно чуть-чуть биологии, иначе логика не сложится. Малярийный паразит попадает в организм со слюной комара и первым делом уходит в печень. Там он тихо размножается, никак себя не проявляя, а потом выходит в кровь — и вот тогда начинается болезнь с лихорадкой, ознобом и разрушением эритроцитов. Новые соединения останавливают паразита в самом конце печёночной стадии. Буквально за шаг до выхода в кровоток. Раньше препарата, который умеет тормозить его именно в этой точке, просто не существовало.
И вот здесь начинается самое интересное. Для иммунитета это, судя по всему, идеальный момент для знакомства. Паразит успевает размножиться в печени и показать иммунной системе весь набор своих белков — но не успевает навредить. В результате организм получает не куцый фрагмент возбудителя, как во многих вакцинах, а довольно полный его портрет. Иммунный ответ в опытах оказался шире и держался дольше, чем при большинстве нынешних подходов. Вырабатывались и антитела, и клетки-убийцы, и, что особенно ценно, клетки иммунной памяти, которые оседают прямо в печени. Такие клетки способны встретить новую инфекцию на входе и погасить её раньше, чем человек вообще что-то почувствует.
Случай в науке помогает только подготовленному уму.
Луи Пастер
Отдельно авторы работы подчёркивают экономию. Существующие экспериментальные вакцины на основе ослабленных паразитов дают неплохую защиту, но требуют очень больших доз, а такие препараты сложно производить, хранить и вводить в реальных условиях — особенно в сельских районах Африки, где нет ни лабораторий, ни надёжной холодовой цепи. Здесь же дозы паразита минимальные, потому что он сам размножается в печени до нужного объёма. Лекарство, по сути, делает всю тонкую работу за производителя вакцины. Именно этот пункт в перспективе может оказаться важнее самой цифры в два года: технология, которую невозможно масштабировать, остаётся красивой публикацией и ничем больше.
Ещё один аргумент — универсальность. Соединения бьют по двум ферментам, которые критически важны для выживания паразита и почти не меняются у разных видов малярии. Это даёт надежду, что защита сработает против самых разных вариантов возбудителя, а не только против лабораторного штамма. В природе люди в эндемичных районах сталкиваются с очень пёстрым набором паразитов, и вакцина, обученная на одном-единственном варианте, часто оказывается беспомощной. Идея исследователей в том, чтобы человек постепенно набирал иммунитет от обычных укусов — тех самых, которые сейчас его убивают. Звучит почти парадоксально, но логика здесь та же, что у любой прививки: показать организму врага в безопасном виде.
Сейчас на основе этих соединений разрабатывают инъекцию длительного действия. Смысл в том, чтобы один укол защищал человека месяцами, а комары в это время исподволь тренировали его иммунитет. Насколько всё это перенесётся на людей, пока сказать нельзя, и авторы работы сами говорят об этом осторожно. Мыши — не люди, а история борьбы с малярией знает десятки подходов, которые прекрасно работали в клетке с грызунами и разваливались на первых же клинических испытаниях. Есть и вопросы безопасности, которые придётся решать отдельно: схема предполагает, что в организм здорового человека всё-таки попадает живой паразит, пусть и под прикрытием лекарства. Что будет, если человек забудет про очередной укол или препарат по каким-то причинам не сработает — отдельная тема для будущих исследований.
